Фронтовой быт партизан Заполярья
 

Государственный Архив Мурманской области

Experientia est optima magistra

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Фронтовой быт партизан Заполярья

(К 76-ЛЕТИЮ РАЗГРОМА НЕМЕЦКО-ФАШИСТCКИХ ВОЙСК В ЗАПОЛЯРЬЕ)

Партизанские отряды появились в Мурманской области в 1942 году. В июне - июле был утвержден состав отрядов «Большевик Заполярья» (командир - Александр Сергеевич Смирнов) и «Советский Мурман» (командир - Сергей Демьянович Куроедов), а 13 августа ими была принята партизанская присяга.

Партизанское движение в Заполярье имело свои особенности. Базировались отряды на советской территории и, переходя через линию фронта, совершали рейды по вражеским тылам. Основной целью партизанских отрядов было - «отключить, парализовать»[1] коммуникации противника. Во время своих «вылазок» партизаны взрывали мосты, уничтожали автоколонны, мелкие гарнизоны, разрушали линии связи. Главным объектом операций являлась автодорога Петсамо-Рованиеми, по которой снабжались немецкие войска

Для борьбы с партизанами фашисты создавали специальные части - карательные отряды. Несмотря на это партизаны продолжали действовать вплоть до изгнания немцев с Кольского полуострова и из Карелии.

8 октября 1944 года отряды «Большевик Заполярья» и «Советский Мурман» вступили в освобожденный Петрозаводск, где состоялся парад партизанских отрядов северо-запада России. После расформирования отрядов в Сегеже 15 октября 1944 года, партизаны влились в действующую армию.

В Государственном архиве Мурманской области имеется несколько фондов, содержащих сведения о партизанских движениях в Заполярье.[2]

В данную публикацию включены только воспоминания партизан, которые отражают бытовую сторону их фронтовой жизни. Они представляют особую ценность, так как помогают понять с какими трудностями приходилось сталкиваться бойцам помимо военных действий.

Приведены воспоминания и дневниковые записи командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова, партизанки отряда «Большевик Заполярья» Коробицыной Фриды Филиповны, командира I взвода партизанского отряда «Советский Мурман» Казаринова Анатолия Леонидовича, а также использованы отрывки рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья». Материалы хранятся в фонде партийного архива Мурманского областного комитета КП РСФСР (П-2393) и в личном фонде семьи Смирновых (Р-1383).

База партизанского отряда «Советский Мурман»:

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«Наша база строилась без проектов, без смет, без единой копейки средств. Строительным материалом был сосновый и еловый лес, растет на южном склоне нашей же высоты. <...>. Крыша землянки основательно замаскировывалась мхом и ветками. Две трети взводной землянки занимали двойные нары, на которых одновременно могли разместиться до 30 человек. Практически в землянке жило около 25-20 человек. В углу землянки был отгорожен своего рода чуланчик без дверей для командира и политрука взвода. Между этим чуланчиком и входной дверью размещался стол, сколоченный самими партизанами и печурка - «буржуйка», про которую партизаны любили петь песню. Пол устилался не досками, а бревнами, обтесанными наполовину. На одной из сторон, там, где стоял стол, делалось небольшое окошко, походившее скорее на амбразуру огневой точки. <...>.

База располагалась в двух-трехсот метрах от берега озера. Выше от бани располагалась наша столовая-землянка. Система довольствия на базе была котловой. <...>.

Недалеко от командирской землянки, чуть выше ее размещалась штабная землянка. <...>. Штабная землянка нередко превращалась в своего рода контору, где решались различные штабные, хозяйственные, медицинские вопросы, где выпускались стенные газеты, бюллетени, где составлялись справки, сводки, докладные записки, готовились приказы и т.д.

Выше штабной землянки располагалась землянка разведчиков, левее их - землянка наших девушек-санитарок, а за ними - землянки взводов.

По соседству с нашим отрядом размещался отряд «Большевик Заполярья» (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 124, л. 138-139).

О трудностях в походах:

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Тяжелее всего приходилось зимой. С ноября и до конца апреля, даже в мае, лежал снег. Морозы иногда достигали тридцати-тридцати пяти градусов. На реках и озерах - сплошные наледи. Лыжи проваливались, валенки намокали, и все это тут же обмерзало, идти становилось совсем невмоготу. Погода менялась по нескольку раз в сутки. Сложнее всего были проблемы продовольственного снабжения и эвакуации раненых. Поход нередко длился месяц, а то и больше. Каждому партизану надо было взять с собой триста - четыреста патронов, четыре - шесть ручных гранат, полтора - два килограмма тола, термитные шары, мины... Брали шестьдесят ржаных сухарей (из расчета полтора сухаря на день), шпик, соль, гороховый суп-пюре, концентрат каши. Поэтому вес рюкзака достигал сорока-пятидесяти килограммов. Такая ноша затрудняла движение, изматывала силы. Нехватка продуктов нередко приводила к истощению людей, иногда - даже к срыву боевых операций...

Но если с голодом как-то можно было бороться, то проблему эвакуации раненых мы, по существу, так и не смогли решить. Попытались для этой цели использовать оленей - безуспешно. И, если летом, ослабевшие от голода партизаны, меняясь через каждые полсотни метров, могли еще тянуть десятки километров, на плечах самодельные носилки с ранеными, то зимой раненого укладывали на волокуши, сделанные на скорую руку из его лыж» (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 15-16).

Записки командира I взвода партизанского отряда «Советский Мурман» Казаринова Анатолия Леонидовича:

«Сняв с рук меховые рукавицы, развязываю рюкзак, достаю свиное сало (раньше я его никогда не употреблял), отрезаю кусочек грамм в двадцать, наливаю из фляги в кружку спирта, пью, задыхаюсь, кашляю, заедаю снегом, салом, но жжение во рту не проходит. Руки уже замерзли. Одеваю рукавицы, но и в них уже забрался мороз - хотя они и были под телогрейкой» (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 125, л. 3).

О кострах в походах:

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Сергей Демьянович дал команду «Развести костры». Но проходит десять минут, полчаса, кругом дым, а огня нигде не видать, кроме штабного костра Павла Константиновича, да костра опытных терских лесорубов.

Не простое это дело - в глубоком снегу, из низкорослой, изогнутой, насквозь промерзшей, твердой, как железо, тонкой березки развести костер. Многие в этот день вспомнили Дерсу Узала, который всегда носил в своем узелке «смолье» для растопок - еловые и сосновые щепочки, густо пропитанные смолой. Такая растопочка быстро вспыхивала даже в дождливую погоду и долго горела, разжигая сырые березовые дрова. Пришлось учиться и помогать. Строгаем тонкие березовые щепочки, прячем их за пазуху, потом используем как разжигу (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 47-48).

«В центре немногочисленного лагеря полыхал костер, освещая все вокруг. Немножко поодаль наши лесорубы успели для больных «нодью». <...>. Разгребли рыхлый снег до земли, орудуя лыжами, как лопатами. Предварительно затесав два сухих березовых бревна, положили их одно на другое, не отваливая щепу, подожгли сосновое смолье. Тепло от «нодьи» идет в обе стороны. Бревна горят медленно, такого яркого огня, как при костре, нет, зато не надо все время подкладывать. Параллельно бревнам натягиваем плащ-палатки - это экран. Такой экран отражает теплые живительные лучи. Здесь на ветках хвои мы устроили больных. Все что можно было собрать из продуктов, отдали для них. Заварили суп-пюре и «пакколу» (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 78).

Походная еда:

Из воспоминаний партизанки отряда «Большевик Заполярья» Коробицыной Фриды Филиповны:

«Питаться приходилось сырыми грибами и ягодами. <...>. 35 суток мы бродили по тундре голодные, оборванные...». (ГАМО, Ф. П-2393, оп. 2, д. 101, л. 4).

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«В летнее время на походах нас неплохо выручали грибы и ягоды, особенно прекрасное блюдо получалось, когда варили грибы с гороховым пюре с добавлением сухарных крошек. Правда, в ряде случаев в котелок набивалось много мошек и комаров, но это не уменьшало нашего аппетита. Некоторые говорили, что с комарами суп жирней и вкусней.

В отдельных случаях дело доходило до того, что приходилось варить березовую подкорку, которую именовали березовой мерзой, вместе с вершинками молодых сосенок, т.е. с почками.

Отдельные партизаны шутили, что «березовый гуляш» получался неплохой» (ГАМО, П-2393, оп. 2, д. 124, л. 124). __________________________________________________________________

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Организовав минимальную охрану лагеря, стали топить снег и с жадностью пить горячую воду, заварив ее сырой «пакколой» - наплывами на березе. Те, кто думает, что на морозе согревает спирт или водка, глубоко ошибаются. Это только сначала, когда выпьешь, кажется, тепло, а через некоторое время зябнешь пуще прежнего. А вот кипяток, да еще заваренный «пакколой» - это просто блаженство! Он не только согревает - он наполняет бодростью» (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 78).

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Из металлической банки ложкой выскребали на тряпку смесь парафина и спирта и начинали выкручивать живительную лагу, оставляя парафин сухим. Так вот и делали «партизанский коньяк» - в двадцать четыре оборота, выдавливая через тряпку спирт и разбавляя его брусничным соком» (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 174).

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«Прибыв на гору, мы увидели разведчиков за разделкой трех туш только что убитых ими диких оленей. Борис Зайцев доложил, что несколько оленей было ранено, и они ушли в сторону нахождения противника. Я основательно отругал т. Зайцева за допущенную им неосторожность и, в то же время сочувствовал ему и всем партизанам, которые обрадовались тому, что сейчас или несколько спустя у них в котелках будут вариться не грибы и ягоды, а оленина. Некоторые были настолько обрадованными, что, когда туши были разделаны и, когда было указание разделить мясо по взводам, отдельные партизаны стали ложить в мешки и котелки все вплоть до крови и непромытых кишок. <...>. Под утро у многих, в том числе у комиссара отряда В.Н. Васильева разболелись животы». (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 124, л. 119).

Одежда, снаряжение:

Записки командира I взвода партизанского отряда «Советский Мурман» Казаринова Анатолия Леонидовича:

«Одевались мы довольно легко: 1 пара нательного, 1 пара теплого белья, гимнастерка, ватные брюки, телогрейка с пришитым от полушубка воротником, обыкновенные валенки с кеньками[3] и меховые рукавицы, обтянутые сверху плащ-палаточным материалом» (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 125, л. 3).

Из боевого листка партизанского отряда «Большевик Заполярья» от 11 апреля 1944 г.:

«Пройденный путь в 60 км показал, что бойцы нашего взвода научились сохранять ноги в период марша, во взводе нет ни одного случая потертости. Нужно и впредь строго следить за ногами. Санитарка Кузнецова» (ГАМО, Ф. П-19, оп. 1, д. 43, л. 3).

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«Сидорами» некоторые партизаны называли свои вещевые мешки, наполненные продовольствием и боеприпасами. В таком положении мешок весил около 35 кг. Многие приходили в отряд со своими рюкзаками, похожими на те, которые продаются в магазине «Спортторга». Но вскоре им приходилось переделывать заново с широкими лямками и войлочными подкладками на плечевых ремнях. Лямки на прочность проверялись путем «натяжения» их двумя партизанам, сидящими друг против друга или путем «зависания», когда один партизан повисает на лямках мешка, находящемся за плечами другого партизана» (ГАМО, Ф. П-2393. оп. 2, д. 601, л. 11).

Партизанская баня:

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Баня стояла на берегу Чарвсозера. Это было приземистое, крепкое сооружение. Стены, рубленные «в охряпку» из толстых, свинцового цвета, сухостойных сосен. Пол настлан из бревен, расколотых пополам. Из таких же плах сделан потолок, да еще сверху застлан мхом и присыпан речным песком, чтоб лучше сохранял жар. Потолок настлан из отесанных плах, из них же сделаны скамьи в парной, в предбаннике. В углу - огромная груда речного камня, это печка. В середине ловко вставлена бочка для горячей воды. Камни накалялись докрасна. В противоположном углу бочка с холодной водой. От наших землянок до бани тянулась узкая протоптанная в снегу тропа.

Раздевались в холодном неотапливаемом предбаннике. Пахло старыми вениками, свежей хвоей и сухим прелым мхом. Под ногами приятно шуршала, щекоча голые подошвы, пахучая еловая хвоя. <...>.

Земным раем мне показалась жарко натопленная наша партизанская баня, ни с чем несравнимым то блаженство, которое мы испытывали сейчас, после двадцати суточного пребывания на морозе. Тело легко и свободно дышит, как будто тяжелый груз сброшен с плеч (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 33).

Сон в походе:

Записки командира I взвода партизанского отряда «Советский Мурман» Казаринова Анатолия Леонидовича:

«Отрываю лыжами яму (мы их называли могилами), бросаю на дно ее голых березовых сучьев (хвойных деревьев нет) и ложе для спанья готово. Мороз ниже -40 С и стоит только немного побыть без движения, как начинаешь чувствовать его не только носом, кончиками пальцев рук и ног, но и вспотевшей, после перехода и работы, спиной. Однако спать все равно надо!» (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 125, л. 2).

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«К вечеру сильно устали, пришлось заночевать в этих своего рода каменоломнях. Покушали с кострами и улеглись отдыхать между камней, накрывшись плащ-палатками. Ночью выпал снег. Рано утром я проснулся оттого, что снег стал таять и, под боком появилась вода. Стал поднимать плащ-палатку, она не поднимается потому что на ней лежит толстый слой снега» (ГАМО, Ф. П - 2393. оп. 2, д. 124, л. 84).

Досуг:

Акростих из газеты «Партизан Заполярья» партизанского отряда «Советский Мурман»:

«Кто со вниманием прочтет или узнает

Рисунок сей о ком из партизан напоминает,

А только стоит на рисунок сделать взор,

Случай вспомнится, кто утопил бердану, утерял топор.

А, если и сейчас не знаете спеца

Высокого по росту, смелого, ну словом, молодца.

Ценой заглавных букв узнаешь, где бердана,

Если их прочтешь сначала до конца

В итоге наберешь фамилия партизана» (ГАМО, Ф. П-20, оп. 1, д. 55, л. 19).

 

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» Сергея Демьяновича Куроедова:

«Несмотря на трудности боевой жизни, партизаны всегда были бодры и жизнерадостны, особенно когда появлялся баян А. Казаринова. Играл он очень хорошо, и перед выходом в поход на боевые дела партизаны под звуки баяна запевали «Походную». На 1944 год был объявлен смотр художественной самодеятельности. Участники нашего отряда оказались лучшими и были отмечены командованием штаба партизанского движения Карельского фронта» (ГАМО, Ф. П-2393. оп. 2, д. 601, л. 23-24).

Партизанская свадьба:

Из рукописи повести «Партизаны Заполярья» Александра Сергеевича Смирнова, командира партизанского отряда «Большевик Заполярья»:

«Свадьбу ждали с нетерпением, как ждут большой праздник. Каждый хотел быть в числе приглашенных. Накануне началась деятельная подготовка: чистили и латали одежду, брили бороды - у кого они росли. Стригли друг друга тупыми ножницами «под польку» и «под горшок». Девушки обряжали невесту, что-то мастерили из марли. Со стороны отрядной кухни тянуло вкусным запахом варившегося в банном котле студня из лосиных ног и головы.<...>.

Наши радисты устроили сюрприз. Взяли у пограничников динамик, установили его в землянке - и вот в разгар свадебного веселья, в качестве подарка включили радио. Знакомый голос диктора сообщал об освобождении наших городов» (ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 174,177).

Подготовлено А.В. Алмазовой

 

 



[1] ГАМО, Ф. Р-1383, оп. 1, д. 2, л. 15.

[2] Ф. П-19 «Партизанский отряд «Большевик Заполярья»», Ф. П-20 «Партизанский отряд «Советский Мурман»», Ф. П-55 «Партизанский отряд Кандалакшского района Мурманской области», Ф. П-366 «Оперативная группа партизанских отрядов Мурманской области штаба партизанского движения Карельского фронта».

[3] Кеньки - легкие, удобные ботинки с крючкообразными носами.


Присяга партизан Бородкина, Афанасьевой, Гаврилова, 1943 г. ГАМО. Ф. П-19, оп.1, д.42, л.16.

Примерная схема расположения землянок партизанского отряда "Советский Мурман" на Партизанской высоте. ГАМО. Ф.П-2393, оп.2, д.124, л.1а.

Записи о раздаче продовольствия в партизанском отряде "Большевик Заполярья", 03.09.1944 г. ГАМО. Ф.П-19, оп.1, д.50, л.7.

Распорядок дня партизанского отряда "Большевик Заполярья" на 11 мая 1944 г. ГАМО. Ф.П-19, оп.1, д.42, л.6.

Партизаны отправляются на выполнение боевого задания, 1943 г. ГАМО. Ф.П-2393, оп.2, д.124, л.18.

Командование отряда "Советский Мурман" за разработкой операции, 1942 г. ГАМО. Ф.П-2393, оп.2, д.124, л.8.

Володя Клюшев, партизанка Валя и другие перед отъездом в отряды, 1943 г. ГАМО. Ф.П-2393, оп.2, д.124, л.9.

Боевой листок партизанского отряда "Большевик Заполярья". ГАМО. Ф.П-19, оп.1, д.43, л.3.

Боевой листок партизанского отряда "Советский Мурман". ГАМО. Ф.П-20, оп.1, д.55, л.8.

Газета "Партизан Заполярья" партизанского отряда "Советский Мурман". ГАМО. Ф. П-20, оп.1, д.55, л.19.

Партизаны после награждения, 1943г. ГАМО. Ф.П-2393, оп.2, д.124, л.1.

 
Дорога памяти
100-let-arch
100-let-arch