НАЧАЛО АРХИВНОГО ДЕЛА В ОРГАНАХ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ
 

Государственный Архив Мурманской области

Experientia est optima magistra

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Начало архивного дела в органах госбезопасности

Мурманской области

Началом организации архивного дела в органах ВЧК[1] можно считать решение I-й конференции чрезвычайных комиссий, состоявшейся в июне 1918 года, о необходимости формирования в центре и в территориальных  ЧК архивов в составе канцелярий. 9 июля 1918 года принято решение Коллегии ВЧК о создании отдельного архива в составе Хозяйственного отдела. С 15 ноября 1918 года архив вышел из подчинения ХОЗО и стал самостоятельным подразделением.

С первых дней деятельности архива обозначился состав его документальных фондов, формировавшихся по видам дел и материалов:

-  документы секретного делопроизводства подразделений ВЧК;

-  приказы, отдаваемые по ведомству;

-  следственные дела, в том числе оперативные материалы и переписка в отношении обвиняемых, проходивших по делам;

-  учетные дела на бывших белых офицеров и чиновников;

- личные дела сотрудников ВЧК;

-  материалы войск ВЧК (так называемый «военный архив»).

Наиболее объемной и важной по своему научному значению группой материалов следует справедливо обозначить архивно-следственные дела периода 1917-1921 годов, которые хранятся в общем фонде уголовных дел Центрального оперативного архива (ЦОА) Управления регистрации и архивных фондов (УРАФ) ФСБ России.

Не менее значимым комплексом материалов, наряду со следственными делами, можно определить нормативные документы Всероссийской чрезвычайной комиссии. Следует отметить, что до середины 1918 года приказы по ВЧК не объявлялись. ВЧК и ее органы на местах руководствовались декретами советской власти, постановлениями Коллегии ВЧК, а также официальными выступлениями руководителей, разъяснениями и объявлениями, публиковавшимися в центральной печати (в основном в Известиях ВЦИК[2]). Первые приказы начали объявляться по Всероссийской чрезвычайной комиссии с июня 1918 года. Под номером 1 был издан приказ от 22 июня 1918 года «О борьбе со спекуляцией».

Значение систематизации и разработки приказов ВЧК стало очевидно сразу. Уже в 1921 году было издано три сборника нормативных документов: первое издание озаглавлено как «Сборник важнейших приказов и распоряжений Всероссийской чрезвычайной комиссии со справочником важнейших узаконений и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства».

В 1936 году все хранившиеся в архиве приказы ВЧК-ОГПУ-НКВД[3] были изданы в виде сборников. Тогда же в местные аппараты НКВД СССР было разослано циркулярное письмо от 7 января 1936 года по вопросам организации архивной работы, в котором архивные дела определялись как «ценнейший исторический материал борьбы с контрреволюцией».

Значительную часть документального наследия ВЧК составляют материалы секретного делопроизводства. Наиболее важные среди документов за период 1917 - 1921 годов - подлинники и копии протоколов заседаний Коллегии и Президиума ВЧК, материалы конференций и съездов ВЧК, документы делопроизводства подразделений ВЧК и переписки ее с территориальными органами.

На территории нынешней Мурманской области Советская власть восстановилась после изгнания интервентов и северного белого правительства в феврале 1920 года. 23 февраля была организована Мурманская губЧК. В архивном подразделении Управления ФСБ России по Мурманской области сохранилось крайне мало документов той эпохи, тем более - документов, освещающих работу мурманских чекистов по организации архивной деятельности и документооборота. Вероятно, первые шаги в этом направлении были сделаны на основании указаний и распоряжений, получаемых Мурманской губЧК почтой и по телеграфу от Петроградских старших товарищей, а также при участии более опытных сотрудников ВЧК, командируемых из других городов и, в первую очередь, из Архангельска.

Практически все документы того периода, касающиеся делопроизводства, использования подсобных учетов (регистратуры) и архивной деятельности, оказались сконцентрированы в рассекреченном архивном деле 1924 - 1931 гг. «Докладные записки спецсообщения и обзоры Мурманского губотдела ОГПУ»[4].

Из отчетных документов периода 1925 - 1926 годов видно, что делопроизводство Мурманской губЧК было сконцентрировано в  Общей Административной части, в которой был выделен участок Регистратуры. Руководители того времени безусловно понимали важность «бумажной» работы, вопросы ее эффективной организации и кадрового обеспечения были предметами их постоянной заботы:

«В целях упорядочения Регистратуры проводились систематические вечерние работы и использовались сотрудники других Отделений, но изжить все дефекты ... не удалось»[5].

«...Улучшения имеются... но до полного порядка необходимо ... вышеизложенное... дело учета... сосредоточить в одних руках, ...регламентировать функции этой части Отделения. Увеличить штат ...на одного регистратора, поскольку ...имея ... двух ст. делопроизводителей, одного мл. делопроизводителя и двух машинисток... безусловно не в силах справиться с возложенными на нее задачами, отчего происходит задержка бумаг в Регистратуре... Лучше урезать в другом месте, а для лучшей постановки выкроить штатного Регистратора»[6].

Практически каждый отчетный документ Мурманской губЧК содержит в себе пункт, посвященный работе архивного участка или «Регистратуры». Вот довольно типичный документ, характеризующий это направление:

«Работа Регистратуры ... выразилась в учете б. б. офицеров, административно-высланных, перебежчиков, арестованных, учета следственных и агентурных  дел, выдаче разрешений на право въезда в Пограничную зону, занесение в картотек сведений на разыскиваемых и осужденных лиц. Дача Отделением справок на различных лиц, учет архивных дел. Проверка прибывающих в Мурманск лиц и убывающих из такового...»[7]

В материалах 1925 - 1926 и немного более поздних годов прослеживаются направления первичного становления службы документооборота и формирования архивных фондов. В этом плане интересен Приказ ОГПУ № 247/117 - 1925 г. «Об образовании при Коллегии ОГПУ Части Хранения Секретных фондов ОГПУ» и Приказ ОГПУ № 63 - 1925 г., объявляющий инструкцию «О порядке направления в Центральный архив ОГПУ архивов политических дел, о приеме, хранении, уничтожении архивных материалов и выдаче справок по ним»[8].

Работа архивного подразделения Мурманского губернского отдела ОГПУ также обретает четкие организационные и правовые формы: уже в 1925 году издаются первые приказы по губотделу о сдаче/приемке архивных материалов и о создании внутриведомственных комиссий для приема дел и определения сроков хранения документов[9].

«Архив за прошлые года находится на хранении в Регистратуре. Для рассмотра такового на предмет вынесения заключения о дальнейшем хранении части архива и частичного уничтожения их - создана Комиссия»[10].

Определенный интерес представляют документы, посвященные использованию оперативными подразделениями ОГПУ архивных фондов для розыска, выявления и разоблачения бывших сотрудников царской полиции, сыска и жандармерии. Полагалось, что к середине 20-х годов накал противостояния гражданской войны спал, и в условиях мирной жизни и активного государственного строительства немалое количество бывших белых офицеров, сотрудников царской жандармерии и политического сыска сумели ассимилироваться и пробраться на важные и ответственные посты и должности в молодом советском государстве. Кроме чисто оперативных методов выявления затаившихся классовых врагов и чуждого элемента органы ОГПУ активно использовали архивы государственных структур Российской империи. Практика обращения с мест за архивными материалами и справками и исполнения таких запросов постепенно приводилась к единому регламенту и стандартам[11]. На местах были организованы мероприятия по обеспечению взаимодействия органов ОГПУ и архивных организаций, в которых создавались политические секции с определением штатного «специального лица по заведыванию»[12].

Руководство ОГПУ обращало внимание оперативных и следственных подразделений на то, что строить подозрения и обвинения в негласном сотрудничестве с царской охранкой следует крайне осторожно. Свидетельские показания и оперативные данные могли быть недостаточны, а зачастую и недостоверны, т.к. органами полиции и жандармерии часто использовались провокационные приемы с целью выгораживания своей агентуры и компрометации преданных делу революции товарищей. Поэтому особое значение придавалось поиску доказательств фактов работы на полицию или сотрудничества с ней в архивных документах[13].

Указания в отношении порядка делопроизводства и документооборота, поступавшие в Мурманский губернский отдел ОГПУ из центральных органов и Полномочного представительства ОГПУ в ЛенВО  на рубеже 20-х - 30-х  годов прошлого столетия, все чаще касались конкретных  специализированных направлений деятельности, например: порядка учета, хранения и уничтожения распорядительных документов, ведения документов по личному составу, по медицинскому обеспечению, по продовольственной, денежно-материальной или иной отчетности. На основании этого можно сделать вывод о том, что документооборот и архивная деятельность органов ОГПУ как в центре, так и на местах к началу 30-х годов обрели завершенную,  строго регламентированную форму, позволяющую решать разноуровневые управленческие задачи.

 

Председатель Совета ветеранов УФСБ России по Мурманской области, подполковник в/о Чемерский А.В.

 

Список документов

Доклад-письмо начальнику административно-организационного отдела ОГПУ, г. Москва, об организационной деятельности Мурманского губотдела ОГПУ за время с 1-го октября 1924 по 1-е января 1925 года. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 81 (фрагмент).

Доклад-письмо начальнику административно-организационного отдела ОГПУ, г. Москва, об организационной деятельности Мурманского губотдела ОГПУ за время с 1-го января 1925 по 5-е апреля 1925 года. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 91 (фрагмент).

Доклад-письмо начальнику административно-организационного отдела ОГПУ, г. Москва, об организационной деятельности Мурманского губотдела ОГПУ за время с 1-го июля 1925 по 1-е октября 1925 года. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 196 (фрагмент).

Ответ начальника регистрационно-статистического отдела Полномочного представительства ОГПУ при Ленинградском военном округе Пиппара на запрос начальника Мурманского окротдела ОГПУ Космачева о правилах оформления архивных дел. 18 сентября 1930 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 530.

Запрос начальника Мурманского окротдела ОГПУ Космачева начальнику регистрационно-статистического отдела Полномочного представительства ОГПУ при Ленинградском военном округе Пиппару о правилах оформления архивных дел. 12 сентября 1930 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 531.

Приказ ОГПУ при СНК СССР «Об образовании при Коллегии ОГПУ Части секретного хранения архивных фондов». 5 ноября 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 547.

Инструкция ОГПУ при СНК СССР о порядке работы Центрального архива ОГПУ. 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 548 (с оборотом)

Инструкция ОГПУ при СНК СССР о порядке работы Центрального архива ОГПУ. 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 548 (с оборотом)

Выписка из приказа Мурманского губернского отдела ОГПУ о создании комиссии для приемки архивных материалов. 21 апреля 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 539.

Выписка из приказа Мурманского губернского отдела ОГПУ о порядке сдачи архивных материалов. 21 апреля 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 540.

Выписка из приказа Мурманского губернского отдела ОГПУ о порядке и времени сдачи архивных материалов. 4 мая 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 541.

Выписка из приказа Мурманского губернского отдела ОГПУ о создании комиссии для определения срока хранения и отбора подлежащих уничтожению архивных материалов. 4 мая 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 542.

Доклад-письмо начальнику административно-организационного отдела ОГПУ, г. Москва, об организационной деятельности Мурманского губотдела ОГПУ за время с 1-го октября 1925 по 1-е января 1926 года. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 220 (фрагмент).

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР о направлении списков охранников и провокаторов в историко-революционные архивы Москвы и Петрограда. 25 сентября 1923 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 228.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР о мероприятиях по выявлению охранников и провокаторов. 2 октября 1924 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д 1. Л. 230-231.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР о мероприятиях по выявлению охранников и провокаторов. 2 октября 1924 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д 1. Л. 230-231.

Распоряжение Полномочного представителя ОГПУ при Ленинградском военном округе Мессинга и начальника секретно-оперативной части Леонова начальникам губотделов ОГПУ о принятии мер по выявлению охранников и провокаторов. 2 октября 1924 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 232.

Дополнение к циркуляру ОГПУ при СНК СССР о мероприятиях по выявлению охранников и провокаторов. 14 декабря 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 240-241.

Дополнение к циркуляру ОГПУ при СНК СССР о мероприятиях по выявлению охранников и провокаторов. 14 декабря 1925 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 240-241.

Указание начальника секретного отдела полномочного представителства ОГПУ при Ленинградском военном округе Вайского и начальника I-го отделения Купахина начальникам губотделов ОГПУ о направлении запросов и справок в секретный отдел ОГПУ в Москве. Апрель 1926 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 250.

Письмо начальника секретного отдела полномочного представительства ОГПУ при Ленинградском военном округе в Мурманский окротдел ОГПУ об учете бывших чинов полиции и жандармерии. Январь 1938 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 261.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР об ошибочном включении Серебрякова Леонида Петровича в список секретных сотрудников жандармских управлений и охранки. 16 января 1928 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 262.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР о выяснении состояния, сохранности и порядка обработки специальных архивных фондов. 2 ноября 1926 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 253-254.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР о выяснении состояния, сохранности и порядка обработки специальных архивных фондов. 2 ноября 1926 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 253-254.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР об использовании архивных документов для разоблачения провокаторов. 9 апреля 1926 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 251-252.

Циркуляр ОГПУ при СНК СССР об использовании архивных документов для разоблачения провокаторов. 9 апреля 1926 г. Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 251-252.



[1] ВЧК - Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете народных комиссаров РСФСР.

[2] ВЦИК - Всероссийский центральный исполнительный комитет.

[3] ОГПУ - Объединенное государственное политическое управление при СНК СССР. НКВД - Народный комиссариат внутренних дел Союза Советских Социалистических Республик.

[4] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1.

[5] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 81.

[6] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 91.

[7] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 196.

[8] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 530-531, 547-548 об.

[9] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 539-542.

[10] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 220.

[11] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 228, 230-232, 240-241, 250, 261-262.

[12] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 253-254.

[13] Архив УФСБ России по Мурманской области. Ф. 5. Оп. 1-1931. Д. 1. Л. 251-252.

 
Дорога памяти
Решаем вместе
Есть предложения по улучшению социальной сферы, повышению эффективности служб занятости или другие вопросы?
100-let-arch